Скучаю по любимым сериалам... Шерлок-фантазия.
читать дальше
Существуют тысячи способов сходить с ума. Почему ему достался именно этот…
Просто однажды утром просыпаешься, и видишь все вокруг с какой-то ужасающей ясностью. Чудовищной. Все, что попадается на глаза, складывается в бесконечную картинку, как будто вещи сами начинают рассказывать о себе – и о людях, которые ими пользуются.
Он спустился в метро, и вся окружающая реальность накинулась на него сотнями голосов, от которых не было спасения. У соседа справа ушла жена после бурной ссоры, и он переколотил в доме все тарелки. Сосед слева маялся от своей унылой службы в унылом офисе и мечтал о летнем отдыхе. Женщина напротив завидовала своей успешной подруге и тайком делала ей мелкие гадости – просто, чтобы облегчить душу.
Больше он никогда не ездил на метро. Только такси – по крайней мере, за окном все скользит слишком быстро, чтобы успеть услышать, увидеть...
Но тогда в метро он уловил информацию из газетной статьи – один из пассажиров читал биржевые сводки, а с его стороны была заметка об убийстве, раскрытом Скотланд-Ярдом. С фотографией задержанного в наручниках. К концу статьи он совершенно точно знал, что полиция схватила не того.
И он поехал в Скотланд-Ярд. Благо, инспектор, ведущий дело, был ему хорошо известен.
Само собой, ни инспектор, ни его команда ему не обрадовались. Он их не винил, прошлые встречи были слишком бурными для всех участвующих лиц.
- Скажи мне пожалуйста, сколько раз тебя задерживали за нарушение общественного порядка и употребление наркотиков? – устало спросил инспектор. – Ты понимаешь, что только вмешательство твоего братца с его чертовыми связями избавило тебя от судимости… А сейчас ты решил, что раскрыл убийство, просто потому что посмотрел на фотографию в газетной статье? Новая игра?
- Должно быть, его дружок дал ему от ворот поворот, вот он и ищет приключений, - заявила Донован, кидая на стол объемное досье. Его досье.
Нет, он их прекрасно понимал. Но это не помешало ему сообщить наглой Донован, что лучше бы ей беспокоиться о собственном дружке, который бросил ее буквально вчера – и пусть не думает, что он просто поехал на скачки…
Тем не менее, это убийство он раскрыл. Каким-то образом он смог убедить инспектора… Они поехали на место преступления. Он знал, что не ошибается, ведь вещи говорили так громко. Почему эти идиоты их не слышали?
Да, он раскрыл это убийство. И еще одно. И еще пять. И вещи продолжали говорить с ним, рассказывать свою историю.
А его приятель действительно ушел. Точнее, это ему пришлось уйти – из этой квартиры. Из своей прежней жизни.
«Кем ты себя вообразил? Тебе интереснее возиться с трупами? Какая мерзость… Когда мы в последний раз ходили в кино?»
Он сказал, что в кино скучно.
«Конечно! В Скотланд-Ярде веселее! А в морге так вообще обхохочешься! Знаешь, если твои чокнутые родители назвали тебя Шерлоком, это еще не значит, что тебе нужно играть в сыщика!»
Почему он так сказал? Разве его звали Шерлоком? Да, его действительно называли Шерлоком, дружеское прозвище… Он уже не помнил, почему. Но ведь его настоящее имя… какое?
«И твой драгоценный Майкрофт тоже мне надоел до чертиков!»
И его брата звали по другому. Но он не помнил, как! Почему реальность, которая так охотно разговаривала с ним обо всем подряд, не желала ничего сказать о нем самом…
«Проваливай! И не забудь свою проклятую скрипку!»
Но у него же никогда не было скрипки! Зачем ему скрипка, он не умеет на ней играть…
Скрипка вылетела следом, наглядно свидетельствуя о своем существовании. Он успел поймать ее у самых каменных ступенек. Конечно, она молчала!
Прекрасно. Вместо прежней жизни, которая осталась сплошной загадкой, ему досталась скрипка.
Он брел куда-то по вечерним улицам, сам не зная, куда. Пока не заметил объявление «сдается квартира». Почему бы нет. Надо же где-то остановиться.
Улыбчивая хозяйка сообщила, что ее зовут миссис Хадсон. Поэтому адрес Бейкер-стрит, 221б, уже никак его не удивил. Он просто подумал, что сходит с ума.
Как было бы легко и просто, если бы все, что творилось вокруг в последние месяцы, можно было списать на наркотические галлюцинации. Но он не тешил себя иллюзиями. Он уже давно бросил наркотики. Он даже бросил курить. Надеясь очнуться в привычном и знакомом мире.
Он достал телефон и набрал номер инспектора. Просто, чтобы сообщить свой новый адрес.
- Инспектор Лестрейд слушает, - ответил инспектор.
Ну, а почему бы нет, в самом деле… Вполне укладывается в картину мира. Мира, слетевшего с катушек.
- Шерлок, это ты? – спросил инспектор. – Ты знаешь, сколько времени? Ты вообще имеешь представление, что делают нормальные люди в это время?
Вопрос не в бровь, а в глаз. Нет, он не знает ничего о нормальных людях! Но очень хотел бы узнать. Неплохо было бы встретить кого-нибудь… реального. Не мутировавшего в какого-то дурацкого книжного персонажа.
Он сидит в морге, не желая отрываться от микроскопа. К сожалению, незваный визитер не перестает болтать. Что-то о соседях, которые прекрасно подойдут друг другу. Как будто ему есть дело до того, что кто-то кому-то подойдет… когда нужно успеть просмотреть образцы, пока не вмешался Лестрейд…
Он поворачивается за очередным мазком, и видит незнакомца, с интересом осматривающегося вокруг.
- Афганистан. Демобилизация по ранению. Соматические боли. Курс реабилитационного лечения, - автоматически выдает он.
- Потрясающе! – восклицает незнакомец.
- Что… вы сказали?
- Я сказал «потрясающе!» Разве не это обычно говорят люди, когда…
- Обычно они говорят «Отвали!»
Мужчина улыбается.
- Джон Уотсон, - представляется он.
Конечно, Уотсон. Он понял это с первого взгляда. И это было… правильно. Как будто взбесившаяся реальность начала вставать на место.
В разворошенной квартире суетились детективы из команды Лестрейда. Инспектор был в ярости. Он тоже был в ярости… то есть был бы. Если бы его не отвлекала некая призрачная фигура. Разве никто не замечает этого типа, кроме него? Он шагнул к невзрачному человеку в неброской одежде. С ним что-то не то…
Определенно не то. Они проехали в такси по ночному городу. Он должен был помнить, как они ехали, как оказались в этом пустом здании. Но все было как в тумане.
Он сидит за столом, напротив таксист. Сейчас, при этом холодном, потустороннем свете от этой неприметной фигуры ощутимо тянет угрозой, опасностью…
- Что ты делаешь? – скрипучим голосом говорит таксист.
- Я вычислил тебя, - говорит он. – Это ты убил всех этих людей.
- Да. Ну и что? – сипит таксист. – Я охотник. Они – добыча.
- Я остановлю тебя.
- Ты? – мерзко хихикает таксист. – Кем ты себя вообразил?
- У меня не развито воображение. Я вижу, анализирую и решаю задачу.
- Вздор! Ты – ничтожество. Ты – игрушка. Каждое поколение проводится большая игра, и мы подбираем актеров. Тебя выбрали на роль великого детектива, но это же для смеха. Это пародия! Что может быть дальше от этого образа, чем ты. Пусть все посмеются!
- Но ты надоел нам, - продолжает таксист. – Ты лезешь везде, где тебя не просят… Поэтому для тебя игра закончилась. Никто не найдет тебя здесь. Ты просто исчезнешь… У тебя все равно не осталось собственной личности, не осталось ничего… Все забудут про тебя… Ведь ты уже и сам себя забыл? Ты чувствуешь пустоту? Ты не помнишь, кто ты…
Его голос становится все тише, шипит и шипит вокруг, как шелест листьев, наводит оцепенение.
Он с усилием открывает рот. Он должен ответить…
- Я – Шерлок Холмс, - он выталкивает каждый слог.
Грохот выстрела, и пуля, пролетев мимо него в каком-то сантиметре, отбрасывает таксиста.
- Это доктор Уотсон… со своим пистолетом, - говорит он
- Нет! – визжит таксист. – Этого не может быть! Ты – не он! Он не существует!
- Я – Шерлок Холмс, - повторяет он снова. И это кажется единственно правильным решением задачи.