Наль Подольский "Время культурного бешенства". Трэш, сюр, абсурд, черный юмор, игры разума и арт-хулиганство. Ценители подобного наверняка будут в восторге.
Сюжет: трудно говорить о каком-то сюжете... Ну, в общем, в двух словах - газ и нефть, наконец, закончились, настала диктатура культуры и искусства. Эрмитаж, Русский музей и т.д. превратились в крупнейшие холдинги, которые диктуют свою политику. В уголовный кодекс ввели статьи за преступления против искусства и виновных отправляют в лагеря по всей строгости закона. Артистическая деятельность строго лицензируется, от населения требуется поголовное знание искусства, собираются налоги на поддержание искусства... Между тем, проснулось и восстало железо, на которое подействовало все то же искусство, конкретно - "Черный квадрат" Малевича. Он таит в себе какие-то адские эманации... Поэтому железо бросило клич об объединении железа всей планеты с целью уничтожения существующей Вселенной, после которой должна родиться новая Вселенная, где будет власть железа. Старая заброшенная (в связи с отсутствием топлива) военная техника - танки, бронетранспортеры - собрались в колонну и направились к городу Питеру... передвигаясь посредством каких-то неведомых до сей поры науке видов энергии... Но закончилось все мирно. В смысле, Вселенную пока решили не уничтожать, ограничились уничтожением диктатуры культуры. Железо взяло власть в свои руки и установило повсюду порядок и благолепие.
Когда я читала книжку про беспокойников города Питера, в которой рассказывалось и про Наля Подольского, мне захотелось почитать его произведения. В смысле, в 90-е - которые воистину были временем культурного бешенства - один роман Подольского издавали, и я его читала, что-то там про воскрешение мертвых, очень атмосферно. Ну и вот еще эту книжку выбрала...
Автор пишет хорошо, поэтично - местами... Ну, а так мне, как всегда, нравятся безумные картинки и адский трэш, здесь этого полно. Начиная с Малевича... Я так полагаю, что Подольский, как и его окружение, как раз фанат современного искусства, и Малевича, как пророка его... В книжке еще действует слепой художник, который как раз и успокоил восставшее железо - ну, думаю, это дань памяти Тимура Новикова (про которого я тоже прочитала в той же книжке про беспокойников. Ослепший художник - как это ужасно... )

"Лицензии на создание живописных полотен выдавались в милиции в тех же окошках, что и на огнестрельное оружие."

"Проходил Виконт по ст.159 (Враг искусства), часть вторая (Враг живописи). Схлопотал два года общего режима. В общем, легко отделался - в той же статье часть третья (Враг балета) до пятерки тянет."
читать дальше
"Думаю, это умопостигаемо, хотя еще и умонепостигнуто."

"Мы живем в одной-единственной Вселенной, случайной и престарелой. Художник предлагает ее уничтожить и создать новую...
- А чем его эта не устраивает?
- Прежде всего тем, что не он ее придумал. А вообще-то, наша вселенная многих не устраивает. Про нее говорят даже, что это "сказка, рассказанная идиотом".
- Ничего не понимаю. При этом ведь все погибнут?
- В этом и состоит величие идеи, - без запинки ответил философ.
- Не нравится мне такое величие, - помрачнел Виконт. - Он-то давно копыта отбросил, ему на нас наплевать. А откуда возьмется новая вселенная?
- Для этого и создан "Черный квадрат". В нем зародыши множества вселенных, из которых можно выбрать любую.
- Да выбирать-то ведь будет некому!"

"Стали попадаться боевые машины - то бронетранспортер, то танк или самоходка. Почему-то почти все на вершинах холмов стоят, подняв свои пушки к небу. И вот ведь странное дело - техника современная, а на фоне вечернего неба - ни дать ни взять динозавры. Кругом тишина, а кажется, что они орут, зовут на помощь своих диких собратьев."

"Ядра могут все. Нам доступны все девять тысяч пятьсот семьдесят два вида творчества, известные во Вселенной. В следующей Вселенной их будет втрое больше."

"За столом сидели несколько человек, они по очереди листали историю болезни Виконта.
- Вопросы? - лаконично предложил главный врач.
Сухонький старичок в очках задал стандартный для таких случаев вопрос6
- Скажите, больной, как вы думаете, почему самолет взлетает в воздух?
Виконт посмотрел на него как на недоумка:
- Потому что командир эскадрильи дал пилоту приказ на взлет!
Какой-то хмырь с маленькими глазками и отвисшими щеками, похожий на хомячка, спросил елейным голосом:
- Сколько будет пятьсот сорок семь умножить на две тысячи сто пятнадцать?
- А будет вот сколько, - отвечал Виконт степенным тоном, - отсос, Портос и Арамис.
Ответ публике показался загадочным, как и последовавшая реплика главного врача, он побарабанил пальцами по столу:
- Гм... допустим.
Заведующая отделением задала вопрос на засыпку:
- А что вы думаете о Малевиче?
Виконт вытянулся в струнку и бодро отрапортовал:
- Казимир Малевич есть великий русский художник и основоположник научного супрематизма! На сегодняшний день Малевич - это наше все!
- По-моему, этот больной совершенно здоров."

"Аргументы типа "ничего подобного до сих пор не случалось" несостоятельны. Каждый год происходит что-то, что ранее не случалось."

"Видимо, есть поворотные, доселе спрятанные от нас свойства материи и энергии, обозначающие начало новых этапов развития. Вспомните, еще в девятнадцатом веке никто и не помышлял о возможности расщепления атома и извлечения внутриядерной энергии, но говоря уж о реакциях синтеза. И таких примеров много. Я хочу сказать, что, по-видимому, в устройстве нашего мира заложены целые серии скрытых, "спящих" объектов, которые предназначены выявиться на определенных этапах истории. Это похоже отчасти на мины, закопанные на пути армии, а отчасти - на продовольственные запасы, сброшенные с самолета на маршрут экспедиции. И нам важно не поддаваться сиюминутным эмоциям, не спешить с заключениями, чтобы не ошибиться, не принять мину за склад продуктов и наоборот. Тем более, что любой подобный объект может являться одновременно и тем, и другим, смотря по тому, как им воспользоваться."

"Смутны волшебные сны о том, что было до рождения двух уродов - Пространства и Времени. Зачем ты их породил, о Великий?"

"Следующий скандальчик был связан с балетным холдингом. В мае, когда головной танк миновал Комарово, на передовой появились юные выпускницы ГАС (Государственной Академии Стриптиза), дочернего предприятия Мариинского театра. Повертев попками перед прапорщиком, они получили билет с престижным номером первым и незамедлительно начали свое шоу перед головным танком, под одобрительный свист и вой зрителей. Заинтересовавшись причиной ажиотажа, полковник посадил голых девиц в грузовик и выдворил за пределы дислокации вверенной ему колонны. Стриптизерши предъявили дипломы своего достославного вуза и угрожали ябедой, с намеком на статью "Враг балета", но полковник не счел их аргументацию значимой."

"Сперва хотели у танков поставить балет или оперу, но генералы им запретили. Среди военных считалось, что из-за балета и началась вся херня. И тогда они придумали фестиваль шаманов. Шаманы, мол, заморочат машины так, что те дружно попылят обратно на полигон, - и военные на эту лажу купились. Мариинский театр всегда тянуло к масштабам, но полковник сказал: никаких масштабов, один шаман в день, и точка. Чтобы, если чего напортачат, было ясно, с кого спрашивать.. Это только полковнику ФСБ такое может прийти в голову, - скажите на милость, ну какой спрос с шамана?"

"Полковник с интересом наблюдал мою реакцию - он человек хоть и занятой, но любознательный. Работа такая."

"Время наше лихое, можно сказать, опять героическое. Художества всякие - ну там, балет, живопись - трудовому народу крепко наступили на горло.
Вот, допустим, нанимается работяга на завод. Документы в порядке, квалификация соответствует - иди и трудись? Ан нет, сперва сдай-ка культурный минимум. Сидят в комиссии господа утонченные, холеными пальчиками бумажки перекладывают.
-Скажите, пожалуйста, какие балеты Стравинского знаете?
- Будьте любезны, перечислите известные вам полотна Вермера Делфтского.
Парень начинает потеть.
- Да не знаю я ни Вермера, ни Делфтского! Я сварщик.
- Извините, но вы не соответствуете уровню, - картавит председатель. - Вы явно не понимаете, на каком витке культуры находится наше общество.
- Да повешусь я на вашем витке! Мне семью кормить надо!
- Так вот идите и повышайте уровень... Следующий!
А уровень известно как повышают - пожалуйте на специальные курсы, искусствоведение для сварщиков. И первым делом - деньги плати."

"Зайдите в любой городской сад - везде или балет, или опера. Вход, соответственно, платный. Посидеть в тишине и бесплатно негде."

"Одним словом, стали мы выходить на улицы. Председатель нашего ЦК - мужик головастый, не чета нам - образованный, он и заклеймил этот антинародный режим словом "пиктократия". Это главный наш лозунг - "Долой пиктократию!" Есть и другие: "Прекратить живописное свинство!", "Не душите народ культурой!", "Картины, убирайтесь в музей!" На демонстрациях мы соблюдали порядок - ни драк, ни шума. Но дружинники все-таки нас пасли. Только выйдем, а на одной стороне улицы - ДДРМ (Добровольные Друзья Русского Музея) в косоворотках, на другой ДДЭ (Добровольные Друзья Эрмитажа) в камзолах."

"По мере увеличения накала страстей и развития института уличного мордобоя, фотографы стали держаться вместе, образуя слитную массу, чтобы уменьшить шансы хулиганов и дружинников разбить фотографические объективы и головы. Только сейчас стало видно, как много фотографов в Петербурге."

"Ликвидация не устраивающей художника действительности возможна не только с помощью черных красок, но и путем ее замены абстрактными объектами..."

"Идея Каракатаева была предельно проста - получить фотографический "Черный квадрат" не путем засвечивания фотоэмульсии, а в результате впечатывания на один и тот же лист множества снимков нашей привычной реальности."

"В каждом фотографе, хотя бы на самом донышке склянки его души, живет вера в мистические свойства солей серебра."

"Как водится при начале всякой творческой масштабной затеи, подали заявку на грант и как следует выпили."

"Как это часто случается в жизни, пусковую кнопку катастрофы нажал человек, желавший проекту максимального развития и благополучия."

"На всякий случай было учинено освящение имеющихся в музеях вариантов живописного "Черного квадрата", и злые языки распустили слух, что при кроплении картин святой водой было слышно негромкое шипение."

"ФСБ на то и существует, чтобы уметь извлекать из любого человека максимум пользы."

"Появление танков в Петербурге теперь неизбежно. Во избежание паники и умственного разброда среди населения, ситуацию следует позиционировать как санкционированный военно-исторический праздник."

"- Зря ты решил, Малевич, что, как сделаешь, так у тебя все и получится. Ты, конечно, хитрый мужик. Только ты, сука, забыл, что на всякий газ есть противогаз."

"Что художник сделал - неважно, важно только одно - что он увидел."

"Вот ты считаешь, Малевич - безумный гений. А я не спорю, он и есть гений. Только безумие - не всегда удача, даже для гения. Если есть в тебе вибрация, назови, как хочешь, хоть космическая, надо знать, что и как на нее откликается. Думаешь, я крутой, вон какое создал прекрасное... - а людей блевать тянет. Так у него и с железом вышло, натуральнейшим образом наобум. Откликнулось, да по-дикому. Как слепой в канализационный люк свалился. О душе железа он и понятия не имел. А железо - тварь сложная. Уважения требует, спешки не любит. И еще: железо - стихия нервная. Взбаламутил его твой Малевич, и вон что творится."

" - Я, товарищ полковник, не только танкист, но и художник. И живописи повидал...
- Послушай, сержант, я про тебя знаю гораздо больше, чем ты сам про себя. Так что давай без предисловий.
- Извините, товарищ полковник, когда речь об искусстве, без предисловий нельзя."

"Так вот, когда стоишь перед холстом в музее... А стоять надо долго, если хочешь потом по памяти сделать хороший повтор, чтобы без халтуры - присматриваешься, принюхиваешься, каждый мазок изучаешь - так невольно иногда и на другие полотна поглядываешь, как они себя ведут. Пока зал пустой, холст висит себе - как есть, неодушевленный предмет. Но стоит кому подойти - они сразу начинают сиять, мерцать и по-всякому придуриваться. Конечно, не на всех они так реагируют, им нужен человек понимающий, и первее всего - живописец. Постоит он у полотна, глядишь, у себя в мастерской, сам того не заметив, повторит его хоть немножко, а иной раз и полностью. Понимаете, товарищ полковник, у них нет органов размножения, и человек для них - репродуктивное средство. Поднимешь случайно взгляд, и страшно становится - расселись они по стенам и смотрят на посетителей, как грифы на падаль. Так что, товарищ полковник, картины, хоть и не всегда, но бывают живыми. И вот недавно я стал думать, каким животным или растениям, или вообще, каким тварям можно их сопоставить... И в конце концов нашел биологического двойника живописи - это вирус."

"- Вы же видите, что делается, товарищ полковник. Так и войну затеять недолго. Я ведь не против - повоевать, хоть сейчас прикажите. Но начать войну можно только, если есть доктрина Генерального штаба, и вообще, чтобы все по закону. А тут какой-то Малевич гоняет по России тысячи танков, как хочет. На хера нам такой главнокомандующий? И добро бы еще Малевич - так ведь он давно уже сгнил. Но всем распоряжаются его дурацкие холсты, и что еще они выкинут, неизвестно. А их толком и наказать-то нельзя! Надо что-то делать, товарищ полковник!"

"Всякие Геринги да Гитлеры думали, что они коллекционируют живопись, а на самом деле эта скверная живопись коллекционировала их. Товарищ полковник, нет ничего страшнее голодных и злобных произведений искусства!"

"Все души парят в воздухе, как бумажные змеи, но привязаны к руке Владычицы ниточками. Души парят, томятся страстями и испытывают множество желаний. А Владычица знает, что они - лишь бумажные змеи, она ими играет и улыбается. И она не утомляется однообразием человеческих душ... Но иногда, очень редко, Владычица вдруг отпускает одну из ниточек, и тогда душа, отпущенная на волю, пускается в беспредельный полет, полный чудес и опасностей."

"Танки, хоть практического применения не имеют, но жить без них неуютно. Как источник вдохновения, танк вообще неоценим."