Романтишного накопилось…
Лана Ежова.
«Вид его обнаженной широкой спины зачаровывал. Мускулистая, гладкая, загорелая. Несколько бледных шрамов добавляли мрачной романтики».
«Поцелуй опалил губы. Поцелуй-нападение – голодный, пугающе жадный и грубый».
«Как получилось, что у меня родились двойняшки от разных мужчин? Одна богиня ведает!»
«Сердца стучат в такт. Дыхание в унисон. Страсть, разделенная на двоих. Эйфория совместного полета. Разноцветные звезды перед глазами. Кровать рухнула под нами с жалобным звуком».
«Когда выходили, я оглянулась. Комната напоминала поле сражения. Сломанная кровать, развороченное постельное белье, сброшенные со стола вещи, перевернутое кресло, оборванная штора…»
А.Черчень.
«На коже мужчины бриллиантами сверкали капельки пота, уши были напряженно прижаты к голове, почти сливаясь с волосами, все три хвоста беспокойно двигались, то оглаживая бока и грудь любовницы, то хлестко ударяя по бедрам, но это лишь усиливало наслаждение женщины. Надо признать, что лишь эти хвосты и спасли меня от окончательного просвещения в вопросах интима!»
читать дальшеЕ.Соболянская.
«Захотелось втянуть голову в плечи, спрятаться от настойчивых рук и губ. Но Базилиус был везде. Гладил, прижимал, обжигал дыханием самые нежные и потаенные места.»
Н.Мамаева.
«Поцелуй… Он был пьянящим, как крепкий джин, лишающий воли, дарящий безумие. Чувства сплелись, перемешались, словно снежинки в порывах дикой вьюги.»
Н.Косухина.
«На меня смотрел мужчина с зеленой чешуей на щеках и скулах и с вытянутыми зрачками. Думаете, это испугало женщину, у которой два года не было секса?»
К.Юраш.
«Его рука скользила по моим волосам, а я с ужасом обдумывала список причин, по которым мужчина не имеет права так целоваться. Сердце в груди стучало так, как стучатся соседи снизу после того, как затопишь их свежий евроремонт. Такое чувство, словно, перецеловавшись со всем лагерем, маленькая нимфетка добралась до вожатого и наконец-то узнала, что такое настоящий вкус взрослого поцелуя.»
«Я чувствовала, как он целует мою шею, придерживая меня одной рукой за талию, а другой осторожно гладя по щеке. Мое сердце почему-то дрогнуло, как боксер на ринге против опасного противника, и стало пропускать удары. Мозг, как почетный тренер, орал: «Соберись! Не поддавайся!» Сердце посмотрело на него заплывшими от ударов глазами, вытерло кровавые сопли боксерской перчаткой и попыталось последовать совету, но снова пропустило удар.»