А.Вертинский. Дорогой длинною.
«Князь Феликс Юсупов открыл свой салон мод. Салон имел успех. Богатые американки, падкие на титулы и сенсации, платили сумасшедшие деньги за его фасоны – не столько потому, что они были так уж хороши, сколько за право познакомиться с ним, о котором они столько читали в сотнях газет и журналов, - с человеком, убившим Распутина!
Юсупов очень любил общество и особенно людей искусства. В его доме я встречал и Куприна, и Бунина, и Алданова, и Тэффи, и весь балет, и всех художников, и многих артистов.
Вернувшись из Румынии, я показал ему «В степи молдаванской». Песня произвела на него большое впечатление.
- И вы видели Россию своими глазами, так близко? – спрашивал он.
И я рассказал ему о Днестре, о церковном звоне, о людях на том берегу.
- Мы потеряли родину, - разволновался он. – а она живет без нас, как жила и до нас.
читать дальшеШумят реки, зеленеют леса, цветут поля, и страшно, что для нас она уже непостижима, что мы для нее уже мертвецы – тени прошлого! Какие-то забытые имена, полустертые буквы на могильных памятниках. А ведь мы еще живы! Мы любим ее, мы тоскуем по ней – и не смеем даже взглянуть ей в лицо!
-Вам страшно было смотреть на нее? – неожиданно спросил он.
Я объяснил ему все, что чувствовал тогда. Он задумался.
- Я часто вижу во сне Россию, - сказал он. – И вы знаете, милый, если бы можно было совсем тихо и незаметно, в простом крестьянском платье, пробраться туда и жить где-нибудь в деревне, никому не известным обыкновенным жителем… Какое бы это было счастье! Какая радость!»
Н.Абгарян. Понаехавшая.
«Из письма Понаехавшей к подруге:
«Я иногда думаю, стоило ли столько лет убиваться на учебе, чтобы потом устроиться обычной кассиршей в обменный пункт? Стыдно и обидно, что моя профессия в новой жизни никак не пригодилась. Помнишь, как на просьбу Наралова поднять руку тем, кто читал джойсовского «Улисса», со всего курса откликнулись только мы с тобой? Он тогда сказал, что делит своих студентов на две категории: рукопожатные и остальные. И что рукопожатные – это те, кто читал «Улисса». А потом подошел и пожал нам руки. Мы чуть не лопнули от гордости, еще бы, нас похвалил сам Наралов – страх и ужас всего филологического факультета!
Мы ведь были лучшими – всегда. Самые начитанные, самые старательные, самые умненькие. Нас часто ставили в пример.
Теперь я сижу за кассой и наблюдаю жизнь в обменное окошко. Неужели это все, к чему я стремилась?
Сначала мне было невероятно горько. А потом я успокоилась. Знаешь, что я тебе скажу? Нужно относиться ко всему проще. Не получается сейчас, получится потом. Обязательно получится. Главное, не унывать и не сомневаться.
По большому счету, неважно, где ты работаешь. Всюду жизнь».