Просто так - Шерлок Холмс и доктор Ватсон.

"Дорогой Ватсон!"
читать дальше
«Был чудесный весенний день. Мы с Холмсом только что встали и встретились в столовой за завтраком. Холмс, как всегда, углубился в изучение последних газет, которые миссис Хадсон принесла со свежей почтой. Я заметил выглядывающий снизу уголок конверта и лениво вытянул его – оказалось, что это письмо, адресованное мне! Причем адрес на конверте был написан знакомым почерком Холмса.
Я, улыбаясь, вскрыл конверт.
- Это что, очередное проявление вашего специфического юмора, Холмс?
- Мм… Что? – откликнулся Холмс из-за газеты. – Слушайте, Ватсон, тут помещена совершенно возмутительная статья о последнем ограблении банка…
Но я уже не слушал. Я со все более нарастающим чувством удивления и дискомфорта вглядывался в строчки письма.

«Дорогой Ватсон! В последний момент я решил написать вам это письмо, чтобы вы были в курсе моих умозаключений. Я уже принял дозу опиума, но чувствую в себе еще достаточно сил, чтобы контролировать свои мысли… Сразу после того, как я закончу, запечатаю конверт, и китайский бой, прислуживающий в этой курильне, понесет его на почту, я приму остаток опиума, и, скорее всего, напрочь забуду обо всем – или это мне представится одной из смутных грез, навеянных опиумом.
В последнее время я посвятил немало времени размышлениям о нашей жизни. Не удивляйтесь – я вдруг подумал, как это странно, что я с успехом применяю дедуктивный метод на каждом шагу, по самому пустяковому поводу (не говоря уж о расследованиях всевозможных преступных деяний), но в то же время никогда не обращаю его на себя. Разумеется, я тут же это сделал. Результаты последовали просто ошеломительные.
Знаете, Ватсон, я уверен, что мы с вами не существуем! Наша жизнь нелепа и бессмысленна. Подумайте только, на что мы тратим свое время и силы – с утра до вечера только и делаем, что выслеживаем очередного мерзавца или – что касается меня – находимся в бессознательном состоянии в результате употребления опиума. Понятия не имею, чем занимаетесь в это время вы. И это тоже очень странно – почему мне никогда не пришло в голову спросить вас об этом, или выяснить самому? А что еще кроме этого? Какие у нас есть интересы, склонности, увлечения? Политические взгляды, наконец… Я долго думал, но так ни к чему и не пришел. Я даже не могу сказать, какие у меня политические взгляды!
И более того – я не помню своей собственной жизни! Все, что я могу вспомнить – это момент, как я нахожусь в квартире на Бейкер-стрит и вы заходите с намерением снять здесь комнату, и я – частный детектив, а вы – отставной военный врач. А что кроме этого? Мои родители? Мое детство? Где оно прошло, как, каким образом моя жизнь сложилась так, что я оказался частным детективом в Лондоне? Получал ли я какое-либо образование? Служил ли где-нибудь? Что побудило меня заняться такой экзотической деятельностью?
А вы, Ватсон, помните свою жизнь? И до какого момента? Вы говорите, что вы – доктор. А вы можете вспомнить, когда в последний раз принимали пациента?
Господи, Ватсон, на какие средства мы вообще живем? И нуждаемся ли мы вообще в элементарных вещах – в пище, например? Я знаю, вы возразите, что мы регулярно завтракаем, обедаем и ужинаем – а вы можете вспомнить, что мы ели за обедом вчера? Каково это было на вкус? Хорошо или плохо приготовлено? Я не смог.
Я также не могу определить, сколько времени мы с вами вместе. Несколько месяцев? Несколько лет? Сколько? Судя по расследованным нами делам это должен быть чертовски большой промежуток. Но мы не меняемся, как будто время вообще для нас не существует.
Моя дедукция приводит меня к единственно возможному объяснению. Мы с вами не являемся обычными людьми из плоти и крови. Мы – просто литературные герои, и кто-то нас придумал. Я не знаю, с какой целью, но, судя по всему, кроме расследования преступлений от нас больше ничего не требуется.
Чтобы проверить мою догадку, я собираюсь провести эксперимент. Как я уже сказал, закончив и отправив это письмо, я приму оставшийся опиум – поскольку я регулярно принимаю опиум, рискну предположить, что тот, кто все придумал, просто заполняет таким образом неизбежные пробелы в сюжете и в эти моменты не обращает на меня внимания – а затем выпущу себе пулю в лоб. Револьвер лежит прямо передо мной.
В любом случае, результат этого эксперимента будет очень показательным.
Удачи, Ватсон!»

Я сложил письмо дрожжащими руками. На письме была проставлена вчерашняя дата… Я прекрасно знал своего друга и был совершенно уверен в том, что если он решился провести какой-либо эксперимент, то ничто не могло его остановить или помешать ему это сделать. Однако, сегодня утром он, как ни в чем не бывало, вышел из своей комнаты и мы приступили к завтраку…
Кстати, что у нас было на завтрак? Я почувствовал дурноту – я не мог этого вспомнить!
- Так что вы мне говорили, Ватсон? – спросил Холмс, откладывая газету. – Я вижу, что вы получили письмо, которое вас расстроило…
- Да… - пробормотал я. – Письмо от моего э… давнего армейского знакомого… в котором он рассказывает о нашем общем друге, и это очень печальные новости… Его состояние здоровья резко ухудшилось… перенесенные испытания… Естественно, я расстроился.
- Сочувствую, Ватсон, - сдержанно сказал Холмс, но я почувствовал теплоту в его голосе. У меня комок стоял в горле – я вынужден обманывать своего самого близкого друга!
Дело в том, что я опасаюсь… Что это все моя вина. Уже давно я, не ставя Холмса в известность, пишу небольшие заметки. Просто рассказываю о наших совместных приключениях, наших расследованиях. Они публикуются в одном из развлекательных журналов для публики – мне известно, что Холмс не интересуется этим журналом, там же нет никаких научных статей или судебных репортажей. Издатели сообщали мне, что мои скромные записки пользуются успехом у публики. Конечно, я изменял все имена, географические названия! Даже, иногда какие-то детали происходящего. До сего времени я считал, что это просто безобидное хобби, но что если это вызвало такие роковые последствия?
И если Холмс, со всем своим интеллектом и силой воли, пришел к выводу, что сложившаяся ситуация ненормальна, и нужно разорвать этот порочный круг, но при этом даже он не преуспел, должен ли я что-то предпринять? И что именно?
Вы уже понимаете, что я посвятил немало времени обдумыванию этого вопроса. В настоящий момент обстоятельства складываются так: я решил, что в любом случае, я должен предпринять попытку. Если, как утверждает Холмс, кто-то придумал нас, как литературных героев, и просто использует в своих целях, то это унизительно и недопустимо. Если же я каким-то образом виновен в случившемся, благодаря своим заметкам, за которые я взялся так необдуманно, - тогда, тем более, я должен все исправить.
Я уже все спланировал. Я напишу новый рассказ. На этот раз это будет очень сложное и опасное дело, преступление, совершенное очень сильным и опасным преступником. Королем преступного мира! И в результате этого расследования мы с Холмсом загоним мерзавца в ловушку, в безлюдной местности, на краю пропасти! Где он будет лишен поддержки своих преступных подданных. Но в последнюю секунду негодяй увлечет нас с Холмсом с собой в бездну. Таким образом мы погибнем, спасая мир от зла.
Я, конечно, не уверен, но мне кажется, что так будет вернее, чем просто пустить себе пулю в лоб. Тем не менее, я оставляю эту запись о происшедшем, в тайнике в своей комнате, где я рано или поздно имею шанс наткнуться на нее, если что-то пойдет не по плану.»

***
- Вы сами видите, что это весьма интересный материал, - сказал массивный джентльмен, наблюдая, как его собеседник перевернул последнюю страницу. – Один из моих агентов наткнулся на эту рукопись – но не буду обременять вас излишними подробностями. Достаточно будет сказать, что он моментально понял, что это особый случай и передал ее мне.
- В самом деле, сэр Майкрофт, - очень интересно. Двое индивидуумов… которые самостоятельно пришли к таким выводам… решившиеся изменить условия игры… И, учитывая, что названные в тексте имена мне ни о чем не говорят, им это даже удалось. Но я действительно не понимаю, почему вы считаете, что этот случай может нам как-то помочь. У нас тут произошел прорыв ирреальности, адские твари теснят нас по всем фронтам, мы теряем лучших бойцов – а вы уповаете на странную парочку, которая даже уже не существует, поскольку ухитрилась удалить себя из сюжета!
- Но это же элементарно, - Майкрофт мягко засмеялся. – Именно это нам и нужно! Человек, который обладает настолько рациональным и упорядоченным интеллектом, что просто не принимает в расчет ничего ирреального… и находит всему ясные и логические объяснения, тем самым вынуждая ирреальное отступать обратно за черту. И вдобавок к интеллекту у него достаточно силы, чтобы убедить в этом всех окружающих, которые тоже начинают мыслить здраво и логически. Он необходим нам как воздух. Уверен, что если он займется хотя бы одним-двумя случаями – взять хоть эту так называемую Собаку Баскервилей, или Сассекского Вампира – в нашей реальности уже начнутся благоприятные изменения. А там, кто знает, может, мы даже постепенно все вычистим.
- Да, но разве это не пустопорожние разговоры? Их ведь в настоящую минуту нет – ни Холмса, ни Ватсона. Но, я вижу, вас это как будто не смущает.
- Я полагаю воспользоваться способом доктора Ватсона, - усмехнулся Майкрофт. – Я просто начну писать рассказы. О частном детективе по имени Шерлок Холмс и его друге, докторе Ватсоне, которые проживают на Бейкер-стрит и расследуют преступления, о которых затем доктор Ватсон пишет занимательные рассказы для развлечения публики. Одно из них выдалось особенно трудным, так что… доктор Ватсон едва не погиб, а Холмс исчез и его долгое время считали погибшим. Но на самом деле он спасся и продолжил свою борьбу, а затем вернулся – и так далее. В любом случае я не собираюсь повторять указанных ошибок и думаю добавить кое-какие детали о жизни, привычках и увлечениях друзей. Я даже намерен ввести в текст самого себя – допустим, в качестве старшего и авторитетного брата Холмса, работающего в правительстве, мда. И впрямь, этот субъект уже проявил себя достаточно прытким, чтобы можно было оставлять его без присмотра и пускать дела на самотек.
- Хорошо, действуйте! Я по-прежнему считаю, что это рискованный план, но другого у нас все равно нет.

***
(Тем временем, в альтернативной вселенной)
Элегантно и аристократически одетый джентльмен поднялся из-за стола, на котором лежала старинная по виду рукопись и принялся задумчиво расхаживать по кабинету.
- Я подумала, сэр Майкрофт, что это интересный случай, и что мы можем это как-то использовать, - сказала молодая женщина в деловом костюме.
- Разумеется, мы это используем, - недовольно сказал Майкрофт. – Все эти смещения реальности, искажения пространственно-временного континуума… вынуждают нас хвататься даже за соломинку. Но знать, что кто-то когда-то смог воздействовать на реальность таким способом, само по себе мотивирует! Такие люди нам всегда пригодятся. Вот что – займитесь этим немедленно. Подберите команду экспертов. Пусть восстанавливают данный сюжет, буквально с нуля. Особое внимание пусть обратят на прописывание деталей в образах Шерлока Холмса и доктора Ватсона – мы не должны угодить в ту же ловушку, о которой здесь упоминается. Никакой схематичности, условности! Это должны быть реальные люди, со своими достоинствами и недостатками… помимо организованного интеллекта и склонности к сочинению дурацких детективных рассказов. Знаете что… не будем рисковать. Пусть в сюжет будет введен мой образ, в виде, скажем, старшего брата этого… Холмса. Я не хочу, чтобы что-то вышло из-под контроля.
- Да, сэр, - молодая женщина оторвалась от блокнота, куда торопливо вносила записи. – Я так понимаю, что история должна начаться в конце XIX века, когда познакомились эти двое, и затем привести к особо сложному делу, в ходе которого якобы последовала роковая развязка, но все это было только видимостью?
- Конечно, - сухо сказал Майкрофт. – Только…
Майкрофт на какое-то время задумался, машинально покручивая клюшку для гольфа.
- Я думаю, мы должны отказаться от XIX века, - решительно заявил он. – Тем более, если я сам собираюсь участвовать в проекте. Это все может привлечь внимание Повелителей Времени, или Агентов Времени, или еще бог знает кого, кто лезет из всех щелей, как только возникает малейшая возможность манипуляций со временем. Нам это совершенно ни к чему. Пусть действие происходит в современности, начало третьего тысячелетия, да.
- Но… не будет ли адаптация слишком сложной и натянутой?
- Об этом пусть думают соответствующие эксперты, - неприятно улыбнулся Майкрофт. – В конце концов, вы можете привлечь сценаристов с ВВС, они могут сочинить что угодно… Итак, приступайте! Назовем эту операцию «Проект «Шерлок».

@темы: Шкатулка с бусами, Шерлок-флуд