Интересный момент - разница в восприятии, культурологического? характера.
Вот Чуковский пишет про очередной день рождения. Сорок лет. Но он пишет, что "вот уже прошли мои молодые и зрелые годы". То есть, он себя что, уже считает стариком? Причем он пишет не в таком духе, что "сорок лет, а я себя чувствую стариком" - хотя он действительно не очень хорошо себя чувствует. Голод, болезни, депрессия.
А просто констатирует сам факт - были молодые годы, были зрелые годы, а сейчас сорок лет.
Как все-таки значительно все изменилось в этом плане за - меньше чем за сто лет.

Интересно, что Чуковский читает Честертона, но не воспринимает его. То есть, он пишет в том роде, что - интересно, но все равно пустое это все.
Может, это подсознательное недоверие к современному автору? Диккенс, Генри Джеймс - вроде как классики, а Честертон... Это же для нас Честертон - признанный классик, а для Чуковского - просто один из современных авторов, все равно как для нас, я не знаю, Пелевин или там Акунин.
Или дело в жанровых особенностях? Он читает детективные рассказы про отца Брауна. Типа несерьезно? О'Генри ему тоже не особо нравится. Хотя казалось бы...
Чуковский - классицист.