Мирон Петровский. "Книги нашего детства". Сложная книжка. Неоднозначная...
Автор - после душевного и пронзительного предисловия (все мы родом из детства, и все такое) - разбирает пять наших знаменитых и культовых детских книг. Которые как бы вошли в наш золотой фонд детской литературы, стали национальным достоянием, составили культурный код... ну, как еще сейчас принято выражаться в таких случаях. "Крокодил" Чуковского, "Сказка про Петю, толстого ребенка, и Симу, который тонкий" Маяковского, "Рассеянный" Маршака, "Золотой ключик" Толстого и "Волшебник Изумрудного города" Волкова. Уже на этом этапе возникают вопросы (у некоторых читателей, например, у меня ). Ну ладно - Буратино и Волшебник Изумрудного города, тут все более-менее ясно. Но уже что касается Чуковского и Маршака, как-то терзают сомнения. В смысле, я точно читала Крокодила и Рассеянного... но почему-то испытываю сомнения, что эти сказки (кстати, никогда не воспринимала "Рассеянного с улицы Бассейной" как сказку! просто как отдельный стих ) настолько популярны, что прямо все их читали и любили без памяти. Вспоминаю, к слову, что мне в детстве приносили для развлечения где-то выкопанные детские хрестоматии - уже в то время довольно старые, где-то 50-х что ли годов. Так что там наверняка и были эти Крокодил с Рассеянным. Но я почему-то не уверена в их широкой популярности...
Ну даже если Чуковский - почему не Айболит? Мне кажется, Айболит был и более популярен (по крайней мере, в моем детстве ), и прямо продолжает ту же тему - тоже ведь переделка по мотивам зарубежной сказки.
Касательно Маяковского - однозначно нет! Во-первых, я вообще не слыхала о такой сказке... Во-вторых, я как-то в детстве не очень любила Маяковского. И даже не знала никого, кто бы любил Маяковского. (Причина может быть, в общем, очень простой - Маяковского нас заставляли в школе учить наизусть, а того же Чуковского - не заставляли... да что там - мы вообще, по-моему, его в школе не проходили! ) Да и вообще - не детский автор Маяковский, совсем не детский! Так что тут - определенно мимо. Очень странный выбор для тематической книжки - ну, опять же, на мой взгляд.
Если уж говорить о детских книгах, которые вошли в культурный код и оставили след - то почему остались неохваченными такие широко известные и массово любимые, как Незнайка Носова? Или Простоквашино Успенского?
Можно, конечно, рассуждать в таком ключе, что автор взял для разбора строго определенный период - 30-е годы. Ну, хорошо, 20-е-30-е, потому что Крокодил был раньше... Но даже и при таком условии, выбор автора мне непонятен! Зачем брать такую странную книгу Маяковского (малоизвестную, и в таком случае, непонятно, насколько сильно повлиявшую на культурный код), если в те же годы, например, вышли сказы Бажова? Или книги Гайдара? Почему Гайдар не вошел в этот обзор и перечень? Или тот же супер-популярный капитан Врунгель?
читать дальшеВ общем, это я хочу сказать, что подозреваю автора в лукавстве. Подбор книг сделан явно под определенную тему. Это, допустим, неважно - автор в своем праве, что хочет, то и разбирает. Но зачем тогда ссылаться на общий культурный фонд и код?
Сам разбор без вопросов очень интересный. Автор так непривычно и оригинально рассматривает... Масса моментов, которые обращают на себя внимание, и требуют тщательного и всестороннего обдумывания. Как, например, замечание о демократической культуре, которую продвигал Чуковский - получается, что и наша отечественная школа перевода родилась из этих принципов? Это же очень интересно! Я как раз давно размышляю, что - как мне кажется - у нас больше знакомы с иностранной литературой, чем в западных странах... А может, все идет как раз от этого - целенаправленные усилия сделать всемирную культуру доступной для всех! Мне это нравится. Или исходящий из того же принципа результат, когда детские книги создавались лучшими писателями и иллюстрировались лучшими художниками - сейчас не будем рассуждать об уровне современных писателей, это спорный момент, но современные иллюстрации в детских книгах - это кошмар и позорище. Явно проходит по остаточному принципу... (хотя сами книги отнюдь не дешевые!) Получается, что отношение к детям изменилось с тех самых времен - тогда провозглашали уважение к личности ребенка, а сейчас, видимо, считают, что детям сойдут и аляповатая невнятная мазня?
Но это я отвлеклась.
В общем, очень интересный разбор. Но неровный. В итоге получилось, что первые главы - про Чуковского и Маяковского - получились самыми интересными именно что касается литературоведческих вопросов. А я так надеялась на главы про Буратино и Волшебника Изумрудного города - тоже хотела узнать про них что-то необыкновенное в литературном смысле. Но там автор сосредоточился больше на биографии авторов, прототипах, построении теорий... Как-то я от этого немножко разочаровалась. Даже не знаю, почему. В принципе, и теории тоже интересные - Блок там, Мейерхольд... Кант и староверы. Но - почему-то кажется, что это все не в тему, не то... Может, опять несоответствие заявленного в предисловии? Если это - любимые книги детства, то зачем разбирать такие вопросы "с изнанки"? Как-то просто отдает желтой прессой (а желтая пресса и так надоела до невозможности). Хотя и тут тоже возникают интересные вопросы на подумать - скажем, в случае Толстого и предполагаемой пародии или не пародии на Блока и прочих. Если автор - предположительно - испытывает какие-то недобрые чувства к тому или иному персонажу, то может ли это не уловить читатель?
С другой стороны, если даже сам автор говорит, что "Золотой ключик" писался в первую очередь для детей, и дети восприняли его тогда и воспринимали потом, как веселую и добрую сказку, то стоит ли строить теории, что Толстой там хотел кого-то злобно спародировать?