Мамардашвили.

"Это сплющено, сплющено, как у воина-афганца. У него сплющен люфт пространства, в котором он узнал бы что-то о себе, будучи воином в Афганистане, а оно сплющено названием воин-интернационалист". И он как бы задыхается внутри этого названия. Вы знаете, у греков, в свое время была такая казнь: человека жарили заживо в фигуре медного быка. Это была казнь, одновременно пытка: помещали в фигуру медного быка, зажигали под быком огонь и зажаривали живьем человека. Так вот можно зажарить человека в медной статуе этого человека. Грекам, конечно, это не могло прийти в голову. Это может прийти в голову только в царстве абсурда или в зазеркалье. В стране Homo soveticus это пришло в голову. Сколько людей зажарено в медном изображении их самих!"

Итак, что мы тут имеем. Мамардашвили рассуждает насчет словосочетания "воин-интернационалист", которое его бесит и не дает жить спокойно, лично я не могу понять, почему. И проводит параллель, что называть кого-то воинами-интернационалистами - это гораздо, гораздо хуже, чем когда греки жарили людей живьем в медных быках. Что это, как не больное сознание, объясните мне, пожалуйста.