И.С.Тургенев. Письма. с/с в 18 томах. т.7. 1866-1867. Итак, седьмой том... Тома становятся какие-то довольно худенькие... По полтора года уже на том... (бурчит) а вот взялись бы и сконцентрировались, сделали бы потолще! глядишь больше бы успели издать - до того как.
Здесь я уже очень мало - ну ооочень мало - изыскиваю чего-нибудь интересного в плане цитат... Тургенев проживает в Баден-Бадене со своей Виардо - ну, с семейством ее. Строит там дом. С деньгами его поджимает, поэтому он решает вновь вернуться к литературной деятельности - до этого ленился. Написал несколько рассказов и роман "Дым". Роман тут же стали печатать в России, в журнале. Для этого дела Тургеневу пришлось на какое-то время приехать на родину. Ему этого, судя по всему, страшно не хотелось. Поэтому он по-своему обыкновению тянул время. Все тот же прием, Тургенев его уже довел до совершенства - если что-то от него требовалось, то он начинает болеть. Нет, я действительно поражаюсь, как современники его переносили... Это же просто что-то за пределами всего. Вот он написал этот роман... списался с издателем... договорились о помещении его э... в февральский номер журнала. Ну так для этого же нужно все делать заранее, я так понимаю! Тургенев заверяет, что он приедет с романом своим. И вот надо выезжать - Тургенев начинает болеть. Не знаю, чего ему на этот раз надо было... но он болеет и болеет. В конце февраля только он наконец сподобился доехать до Москвы-Петербурга. Но и тут объявляет, что - а ему надо сначала устроить по этому роману публичные чтения! Доверенным лицам. Чтобы послушали и высказали свое мнение. так более того - и на эти чтения, на которые вот даты назначены, люди собрались - он опять болеет! Что за человек.
Второй основной момент - это разборки с дядей. И вот это меня вообще вымораживало... Вот по прошлому тому я писала, что Тургенев занялся добрыми делами - так тут он как будто решил по-быстрому отыграть все назад. Не знаю прямо... но это все ощущалось настолько мерзко... гнусно... В общем, суть дела, как я понимаю, такая: у Тургенева есть принадлежащие ему земли (Спасское-Лутовиново), он там, естественно, не живет, хозяйством не занимается (не занимался, даже когда жил - во время ссылки). Управляет поместьем его дядя, он же высылает Тургеневу все деньги, что там ему потребуется. На этот период дядя уже старенький - 75 лет, как тут Тургенев пишет. Тургенев упирает на то, что дядя по своему возрасту уже не может справляться с хозяйством и занимается его делами плохо. Ну, я так еще думаю, что тут, скорее всего, повлияло еще общее положение дел, проведенные реформы по отмене крепостного права, у них же там перестройка и новое мЫшление, все такое... Старые формы экономики уже не действуют, новые мало кому понятны... Ну вот Тургенев считает, что с его имений ему мало поступает дохода и это непорядок. Винит дядю и желает его выставить и нанять другого управляющего. Там в комментариях написано, что управляющего пришлось долго искать, но вот наконец нашел кого-то. Ну хорошо... но я вот как-то представляю, что чувствовал бедный старенький дядя. Учитывая, что он так-то с детства возился с Тургеневым заместо отца! что он столько лет на него работал управляющим и пекся о хозяйстве и состоянии! А сейчас Тургенев просто распорядился его выставить из этого имения, где он с семьей столько лет прожил... Тургенев тут вообще поступил по-скотски, я считаю - его дожидались для оформления дел, и дядя, и новый управляющий - Тургенев не хотел ехать и не поехал! Он опять заболел. Типа вот уже собрался, уже выехал, но тут ему стало так плохо, так плохо, он тут же повернул обратно в Москву. Свои ценные произведения читать. Он даже не стал лично с дядей разговаривать... ну там в письмах что-то писал управляющему, чтобы тот "деликатно" решал вопросы. Правда, и то ему надоело через какое-то время - и он уже в письмах распоряжается, что дядю надо активнее из имения выживать. Так и пишет - силы, значит, не применяйте, но вот знаете что - не давайте ему припасов и денег! Отвратительно это все читать, да уж. У меня, кстати, есть подозрения, что через какое-то время Тургенев и новым управляющим будет недоволен, что тот плохо хозяйствует и денег ему мало поступает. Потому что - вот подозреваю, что из крестьян уже и так выжали все, что было можно.
Также в это время у Тургенева появилась прямо какая-то неприязнь ко всем появляющимся произведениям. И Достоевский ему не то, и еще там что-то ему не это... Все его бесит и раздражает. Ну вот, зато с Герценом стал немножко опять переписываться. Это он не выдержал и обратился к Герцену после выхода своего нового романа - обратил на себя внимание. Герцен любезно ответил.
читать дальше
«…Тот запах прелых портков, который свойствен нашей современной литературе…»

«Эта книга принадлежит к числу немногих книг, из которых можно научиться, а самые ее недостатки подобны неправильностям в живом человеческом лице.»

«Успех – повсеместный – противной «Африканки» есть вещь совершенно непостижимая… Черт знает – уж не мы ли глупы?»

«Мне не верится, чтобы у людей, которым до такой степени чужда была всякая «идеальность», мог быть богатый внутренний мир: там наверняка ничего не читают. Это, если угодно, не такая уж беда, но… я бы подох со скуки, если бы мне пришлось долго жить столь шумной и молодой, но исключительно материальной жизнью.»

«… А о литературе что сказать? Сиречь о российской? Махнуть рукой и прочь пойти.»

«… Ах, зачем он //Фет// это по временам помещает такие слабосильные стишки – которые только напоминают прежние соловьиные звуки? Точно человек накушался фиалок – и испускает потом бессильные отрыжки.»

«Выкиньте из головы, что Вы больны; Вы просто страдает скукой, чувством пустоты Вашей жизни, неправильности Вашего положения: все это действительно довольно тяжело, но твердостью и постоянством все можно победить.»

«… Я таких барынь даже не встречаю. Положим – я не ищу их – но хоть на глаза бы показались. А что касается до Григоровича, то я вовсе не питаю к нему неприязненных чувств; я ему не доверяю – и мне все кажется, что вот-вот он у меня что-нибудь стащит – в нравственном смысле, разумеется – или мне что-нибудь подсунет – в виде сплетни или выдумки.»

«Я так давно не писал, что могу сказать a la Hugo – лень вернула мне девственность – я чувствую себя новичком.»

«Смерть Дудышкина меня очень огорчила: хороший и честный был человек; я долго не хотел верить ей именно потому, что нигде не встречал о ней ни слова; но, видно, наша литература, как республика во время террора, - n’a besoin de personne. //ни в ком не нуждается//

«… В голове целый рой замыслов, которые мешают друг другу выйти наружу. Но я проявлю упорство и ни к чему не прикоснусь, пока первый не будет осуществлен.»

«Дорогая госпожа Виардо, - снежная буря с самого утра бушует, плачет, стонет, воет на унылых улицах Москвы – ветви деревьев под моими окнами сплетаются и извиваются, словно грешницы в аду, сквозь этот шум доносится грустный звон колоколов: сейчас середина Великого поста… Ну и погодка! Ну и страна!»