Айрис Мердок "Отрубленная голова". Хм... ну, как бы сказать - современная литература.
Сюжет: все начинается с того, что некто Мартин, мужчина чуть за сорок - размышляет, что жизнь удалась... Есть удачный брак, есть молодая любовница, бизнес идет удачно... есть друзья и родственники, которые полностью удовлетворяют нужду в общении и в отношениях... И в этот момент жена возвращается домой и объявляет, что они должны развестись, потому что она полюбила другого - лучшего друга Мартина. И вся эта прекрасная жизнь, о которой он только что с довольством размышлял, рушится, как карточный домик...
С автором у меня складываются отношения э... несколько странные и прохладные. Собственно, я и читала-то всего две книги, и при этом каждый раз находилась в недоумении из-за что это вообще было эффекта обманутых ожиданий что ли. Так что решила вообще даже не смотреть в эту сторону. Но тут увидела книжку в библиотеке - и от нечего делать, ее взяла. К тому же, книжка стояла в разделе ужасов-триллеров, имела соответствующую обложку и завлекательное название, интригующую аннотацию и все такое. Прямо стало интересно - надо же, автор (которая светило интеллектуальной прозы) вдруг решила написать триллер-хоррор? прикольно... (да и книжка небольшая )
Ну и, в полном соответствии со сложившейся традицией, в итоге я опять не улавливаю, что это вообще такое было... и, ясное дело, ощущаю, что ожидания таки были обмануты. читать дальшеХотя, надо признать, тут большая часть вины возлагается на издательство с его подачей, что вводит читателя в заблуждение. Все как бы говорит, что будут ужасы, настраивает на ужасы и т.д. Хотя их и нет.
Но - парадоксальным образом - книжка мне впервые понравилась. Хотя я все время ожидала, что - вот-вот, вот сейчас, вот оно начнется! А нет, опять не начинается... автор все только накручивает и накручивает... В общем, подготовленная подачей и оформлением, я всю дорогу готовилась, что сейчас точно кто-то кого-то убьет (и отрежет злосчастную упомянутую голову). А в тексте все не убивали и не убивали. Хотя автор вовсю намекала - то там, видите ли, скульптор показывает ГГ сплошь вылепленные головы и рассуждает об их выразительности, то еще один персонаж вдруг ночью к нему является с мечом... А события и вправду развивались довольно-таки фантасмогорически. И с неожиданным финалом - хотя убийства никакого и не было. Вроде бы...
В общем, так и получилось опять - современная литература. Интеллектуальная. Но благодаря этому настрою на ужасы и мистику и постоянном ожидании, что сейчас что-то такое начнется - я как-то по особому прониклась этой атмосферой. И происходящее действительно воспринималось, как нечто яркое и выразительное. Да и, в общем-то, трудно поручиться, что тут таки не было чего-нибудь мистического.
По сути, оказалось, что это история, где все не такие и все не такое, как первоначально кажется. И если в начале истории читатель (в лице меня) воспринимает ГГ - ну и еще кое-кого из персонажей, как личности одиозные и отвратительные, то в финале оказывается, что они из всех участвующих являются чуть ли не самыми приятными. То есть, по крайней мере, их хоть можно выносить без тошноты. Интересный эффект, однако.
В общем, даже захотелось еще что-нибудь почитать у автора. С той позиции, что - а вдруг у меня образовался новый подход и восприятие? Но без фанатизма. Так - если опять где-нибудь (в библиотеке) на глаза попадется...

«Для скульптора важнее всего форма черепа, а не его содержание».

«- Никогда не обращала на нее внимания.
- И я тоже. Значит, она действительно безобидна».

«- Нельзя дразнить темных богов… В жизни за все надо платить, и за любовь тоже».

«Когда вмешивается логика, слова можно интерпретировать как угодно».

«По-моему, «воспринимать разрыв без горечи» довольно неприлично».

«Потерять кого-нибудь – значит потерять не только этого человека, но и его привычки, жесты, манеру держаться – все, что было с ним связано и окружало его. Расставшись с любимой женщиной, мы обнаруживаем, что расстались и со множеством вещей, картин, стихов, мелодий, мест: с Данте, с Авиньоном, шекспировским сонетом, корнуольским морем…»

«Даже психоаналитиков иной раз подстерегают сюрпризы».

«- Ты и так многого достиг, - похвалил меня Палмер. – И мы любим тебя за это. Ты уже поднялся на вершину.
- Значит, потом последует спуск, - заметил я.
- Лучше назовем его горным плато, - уточнила Антония. – Люди живут на горных плато.
- Только те, кто хорошо переносит высоту, - сказал я».

«…Конечно, я не утверждаю, что это хоть в малейшей степени оправдывает или извиняет мой поступок. А именно то, что я набросился на вас, повалил на пол и бил по голове. Полагаю, что, поскольку Ваш жизненный опыт больше моего, Вы не пережили серьезного шока и не были чрезмерно поражены. Надеюсь, что этот инцидент может стать основой для того, чтобы мы поняли друг друга. До сих пор подобное понимание с обеих сторон явно отсутствовало. С добрыми пожеланиями…»

«Я начал обдумывать, какие неотразимые аргументы подобрать. Но не смог найти подходящих слов. Они, несомненно, существовали, но какие-то безумные и скрытые во тьме».

«Мне больше всего хотелось как бы положить ее в морозилку. К сожалению, не существует удобного способа сделать других людей неподвижными. Что бы я ни делал, Джорджи будет продолжать думать, действовать в мое отсутствие… От этой мысли мне стало больно».

«Будущее было так размыто, так неясно, что настоящее казалось конкретным и легко достижимым».

«По правде сказать, это была чудовищная любовь. Она обитала в таких глубинах, где гнездятся только чудовища».

«Я думаю, любовь может быстро умереть, так же быстро, как и родиться».

«- В жизни иногда бывают неожиданности, не так ли? И, по-моему, чем скорей все происходит, тем надежнее».

«Разлюбить кого-то – значит забыть, каким чарующим был этот человек».

«Девиз «делай что хочешь» обходится окружающим дешевле правила «исполняй свой долг».

«Ее взгляд действовал на меня как холодное солнце».

«- Для такой любви нет места, - отрезала она. Это ее «нет места» как бы подразумевало, что она исследовала всю вселенную и сложила ее в ящик».

«- А что остается любви, когда у нее нет ни малейшего шанса?
- Она меняется, превращается во что-то иное, во что-то тяжелое или острое. Вы носите это в себе, и оно живет в вас до тех пор, пока не перестанет мучить. Но это уже ваша забота».

«Никакой замены комфорту, создаваемому дружбой, в которой не сомневаешься, не существует».

«За огромным окном самолеты медленно приближались к взлетной полосе. В теплом зале ожидания из громкоговорителей доносились неразборчивые голоса, они монотонно сообщали сведения, и возбужденные, напряженно слушавшие люди, кажется, их понимали. Похоже на преддверие Страшного суда».

«Я чувствовал себя участником убийства, но так и не разобрался, кто я, жертва или палач».