Мишель Бюсси "Черные кувшинки". Детектив... или криминальная драма? В общем, современная литература.
Сюжет: Франция, деревня Живерни - культовое место... Именно здесь жил и творил художник импрессионист Клод Моне. Здесь все посвящено его культу, постоянное движение туристических толп... Но так ли все хорошо в этой нарочито глянцевой парадной картинке? что скрывается за этими чистенькими фасадами живописных домиков, как будто навечно застывшими в том виде, как их изобразил великий живописец? Мы можем немного заглянуть на изнанку этого кукольного мирка - на берегу реки обнаружено тело одного из местных жителей. Все указывает на убийство... Молодой и энергичный инспектор полиции, недавно переведенный в эти края, намерен установить истины, несмотря на глухое сопротивление местных. Но, кажется, мистическая атмосфера этого места затягивает и его...
Про автора и конкретно про эту книжку я слышу уже давно. Вот на буктьюбе кто только уже про нее не рассказал в самых восторженных тонах... Что, конечно, никак не вызвало у меня интереса скорей бежать и ее разыскивать. Ну, я и вообще в последнее время не очень люблю детективы (если только это не фэнтези ), особенно если они французские (большинство французских детективов, которые мне попались, были ну очень странными, что вызвало у меня стойкое недоверие ко всем французским авторам криминального жанра вообще ), и уж конечно, если их так откровенно расхваливают и продвигают... Но тут книжка мне внезапно попалась в библиотеке, и я решила, что так-то можно и познакомиться... И неожиданно она мне понравилась. И читается легко - в отличие от многих и многих прочих - автор пишет приятно и выразительно...
Но - не могу поступиться принципами! - все же в качестве детектива это еще один чисто французский вариант. читать дальшеТо есть, детективная линия здесь есть - и вполне интересная... Что касается всего произошедшего -так оно вполне логично и обоснованно... Но это никаким образом - ну просто абсолютно - не имеет отношения к классическим детективам. И вот если брать именно сторону расследования - то тут все выглядит далеко не так логично и обоснованно, по-любому. (Спойлер! решение инспектора в финале, почему он так поступил, чем руководствовался - как по мне, не влезает ни в какие рамки... Если уж говорить начистоту, то оно противоречит и поданному автором образу персонажа, и законам жанра - и нужно только для создания хитрой авторской картинки )
Тем не менее, это очень интересная книжка - если рассматривать ее, как загадочную картинку, своего рода ребус. Потому что автор тут ловко играет с читателем, смешивая все что можно и неможно... выписывает обманки и иллюзии... своего рода фокусы восприятия - ну вот как бывают оптические фокусы. Мастерство автора тут налицо. Ну, можно считать,что детектив тут не столько в том, чтобы выяснить, кто убил и почему (оно выясняется, но не в ходе проведенного расследования, а по мере продвижения по сюжету), сколько именно в том, чтобы читателю разобраться с авторскими хитростями и сложить предложенный паззл. Лично мне этого не удалось - пока автор в финале сам не раскрыл фокус - ну, я никогда и не претендую соревноваться с автором, я просто зритель!
Что ж, автор вызвал у меня интерес... Возможно, я даже еще что-нибудь у него почитаю... Видимо, если оно тоже попадется в библиотеке.

«- Нашему окулисту не повезло. Кто-то решил убить его, да не один раз, а целых три. Но это все же лучше, чем если бы преступник убил трех человек по одному разу».

«Он пытался обдумать сказанное Серенаком и отделить в его словах здравые зерна от плевел провокации».

«- Как вам вдова?
- О, вдова что надо! Вдовее не бывает!»

«Старики сродни невидимкам. Они так медленно шаркают, что сливаются с пейзажем, словно дерево или фонарь».

«Он торчит здесь всегда, этот американец. Зовут его Джеймс, а какая у него фамилия, не знает никто. Что ни день приходит на одно и то же место, прямо напротив мельницы, и остается до вечера. Как будто тоже стал частью пейзажа. Как будто некое божество, наделенное даром художника, нарисовало его на фоне поля. Как нарисовало всех нас. А потом его охватило желание замазать нарисованное. Один взмах кисти – опля! – больше никого и ничего!»

«Пока мы ели, она молчала. Молчала и потом. Я поняла, что она думает. Еще один плохой знак. Ни разу еще не было, чтобы она долго думала, а потом сказала мне что-нибудь хорошее».

«- Я строю это расследование в точности как строил бы свою веранду или террасу. А в строительстве главное – точность и терпение».

«У нее даже голос был фиалкового цвета».

«- Знаете, в мире полно кретинов, именующих себя охотниками за сокровищами и готовых мчаться на другой край земли ради трех золотых монет. Будь у них побольше ума, они бы приехали в Живерни и обшарили чердаки окрестных домов».

«Я кружила по комнате, стараясь припомнить: где это может быть? Все вещи, как и всегда, на своих местах. На верхней полке шкафа, в ящике комода? Или внизу, в гараже… Я точно знала, что ищу, но напрочь запамятовала, куда это убрала. Склероз, хмыкнете вы, ясное дело. Только не рассказывайте мне, что вам ни разу не случалось перевернуть вверх дном весь дом в поисках какой-нибудь вещицы, которую вы точно не выбрасывали.
Я искала картонную коробку – старую обувную коробку с фотографиями. Я недавно читала, что в наше время можно хранить сотни фотографий на флешке размером с зажигалку. Но у меня флешки нет – только обувная коробка. Когда вам стукнет восемьдесят, вы будете искать в своих завалах крохотную зажигалку. Удачи. И да здравствует прогресс».

«- Когда ты смотришь на «Кувшинки» Моне, у тебя такое впечатление, что ты, как бы это сказать, будто погружаешься в картину, проваливаешься в нее, как в колодец… Моне хотел показать, что жизнь человека постепенно уходит под стоячую воду, а я… я все сделаю наоборот! Пусть тот, кто посмотрит на мои «Кувшинки, почувствует, что он плывет по воде и в любую секунду может подпрыгнуть и улететь. Моя вода не стоячая. Я напишу такие «Кувшинки», какие написал бы Моне в одиннадцать лет. Кувшинки всех цветов радуги!»

«Снимок с сайта старых друзей ему скачала Лилиан, для чего ей понадобилось раза три кликнуть мышкой. Все это какой-то сюр, поражался про себя комиссар. Людям больше нет нужды о чем-то помнить. Вся твоя жизнь заархивирована, разложена по полочкам и выставлена на всеобщее обозрение».

«Жак слушал, и в его глазах светилась нежность. Конечно, он ее поймет. Жак всегда ее понимал. Наверное, тюремщикам всегда нравится, когда заключенные рассказывают им о птицах и небе…»

«От рамы, конечно, отдает китчем, но какие краски! Какие пастельные оттенки молочного! Словно глядишь в иллюминатор на райские сады Эдема».

«- И что ты собираешься дальше делать со всем этим компотом из улик?»

«Торопиться мне было некуда, и я подолгу стояла перед каждым рисунком, наслаждаясь каждой карандашной линией, словно держала под языком медленно тающий леденец».

«Кому мне жаловаться? Разве существует бюро потерянных жизней?»