Кстати, ко мне сегодня приходил тот самый жуткий старший лейтенант Паранин. Жизнь похожа на абсурд! Ему двадцать лет, и он еле смог два слова связать... (что мы уже поняли по взятому объяснению )
А забавно, в общем-то. Если почитать все эти ужасы в СМИ, про оборотней в погонах и узаконенные банд-формирования, то... чего себе можно представить? Я честно скажу, что если бы я это читала, и не имела бы никакого отношения к милиции (допустим, судьба сложилась по другому! ), я бы себе представляла каких-нибудь громил чудовищных... Но вообще-то в милиции работают в значительной части мальчики и девочки двадцати лет. Детский сад!
Ударились в ностальгию. Я-то оказалась натуральной белой вороной. Я пришла работать после окончания института. Лара Кашина гордо сказала, что она пришла работать с девятнадцати лет. Оля Гурьянова работает с восемнадцати... Лена Бушуева в ментовке с семнадцати... кажется... правда, она начала с поступления в школу милиции. Из своих старых коллег, которые уже доработались и ушли из-за рабочих склок с начальством, знаю - одна поступила на работу в милицию сразу после окончания десятого класса средней школы. А одна даже умудрилась поступить на работу (не учиться в школу милиции, а на натуральную работу в райотдел) в семнадцать лет! В начале девяностых, когда все разваливалось... так торопились набрать людей на работу, что даже не сообразили сразу, что она несовершеннолетняя. Потом поди мозги себе запарили, пытаясь что-нибудь выкрутить. Романтика революционных лет.
А сейчас у нас приняли на работу молодого человека. Протеже Куимовой (сын каких-то знакомых), и она на него возлагает большие надежды. Так сидим, удивляемся - двадцать восемь лет человеку, он еще нигде не работал... вот решил приступить...
Как можно просто сидеть, и нигде не работать - не постигаем. Или это наоборот, вполне естественно? Больные люди, что тут скажешь...